Гробовщик Адриан Прохоров переселяется "всем своим до-мом" с Басманной на Никитскую. Скоро на новой квартире "по-рядок установился; кивот с образами, шкап с посудою, стол, ди-ван и кровать заняли им определенные углы в задней комнате; в кухне и гостиной поместились изделия хозяина: цэобы всех цветов и всякого размера, также шкапы с траурными шляпами, мантиями и факелами. Над воротами возвысилась вывеска, изображающая дородного Амура с опрокинутым факелом в руке, с подписью: "здесь продаются и обиваются гробы простые и крашеные, также отдаются напрокат и починяются старые". "Просвещенный читатель ведает, что Шекспир и Вальтер Скотт оба представили своих гробокопателей людьми веселы-ми и шутливыми, дабы сей противоположностию сильнее по-разить наше воображение. Из уважения к истине мы не можем следовать их примеру, и принуждены признаться, что нрав на-шего гробовщика совершенно соответствовал мрачному его ремеслу. Адриян Прохоров обыкновенно был угрюм и задум-чив. Он разрешал молчание разве только для того, чтобы жу-рить своих дочерей, когда заставал их без дела глазеющих в окно на прохожих, пли чтоб запрашивать за свои произведения пре-увеличенную цену у тех, которые имели несчастие (а иногда и удовольствие) в них нуждаться". Адриан сидит, погруженный в печальные размышления. "Он думал о проливном дожде, который, за неделю тому назад, встретил у самой заставы похороны отставного бригадира. Многие мантии оттого сузились, многие шляпы покоробились. Он предвидел неминуемые расходы, ибо давний запас гробо-вых нарядов приходил у него в жалкое состояние. Он надеялся выместить убыток на старой купчихе Трюхиной, которая уже около года находилась при смерти. Но Трюхина умирала на Разгуляе, и Прохоров боялся, чтоб ее наследники, несмотря на свое обещание, не поленились послать за ним в такую даль, и не сторговались бы с ближайшим подрядчиком". Внезапно к гробовщику приходит его новый сосед немец Шульц и приглашает к себе в гости. Семейство, принарядив-шись, на следующий день отправляется в гости к немцу-сапож-нику. "Тесная квартирка сапожника была наполнена гостями, большею частию немцами-ремесленниками, с их женами и под-мастерьями. Из русских чиновников был один булочник, чухо-нец Юрко, умевший приобрести, несмотря на свое смиренное звание, особенную благосклонность хозяина... Адрияи тотчас познакомился с ним, как с человеком, в котором рано или по-здно может случиться иметь нужду". Гости пируют па славу. То и дело провозглашаются тосты, рекой льется пиво и "полу-шампанское". Когда было уже выпито и за хозяев, и за гостей, один из немцев провозглашает тост "За здоровье тех, на кото-рых мы работаем!" Предложение, как и все, было принято ра-достно и единодушно. Гости начали друг другу кланяться, пор-тной сапожнику, сапожник портному, булочник им обоим, все булочнику и так далее. Юрко, посреди сих взаимных поклонов, закричал, обратясь к своему соседу: "Что же? Пей, батюшка, за здоровье своих мертвецов". Все захохотали, но гробовщик по-чел себя обиженным и нахмурился. Никто того не заметил, го-сти продолжали пить, и уже благовестили к вечерне, когда вста-ли изо стола". "Гробовщик пришел домой пьян и сердит. "Что ж это, в са-мом деле", рассуждал он вслух, "чем ремесло мое нечестнее про-чих?.. Хотелось было мне позвать их на новоселье, задать им пир горой: ни не бывать лее тому! А созову я тех, на которых работаю: мертвецов православных". - "Что ты, батюшка?" - сказала работница, которая в это время разувала его. Что ты это городишь? Перекрестись! Созывать мертвых на новоселие! Экая страсть!" - "Ей-богу, созову", - продолжал Адриян, - "и па завтрашний же день. Милости просим, мои благодетели, зав-тра вечером у меня попировать; угощу, чем бог послал". С этим словом гробовщик отправился на кровать и вскоре захрапел". Среди ночи Адриана будят и сообщают, что скончалась куп-чиха Трюхнна. Адриан едет на Разгулян, договаривается с на-следниками, обустраивает все дела, проводя в хлопотах весь сле-дующий день.
Домой он возвращается поздно, внезапно замечает, что "кто-то подошел к его воротам, отворил калитку, и в нее скрылся". "Что бы это значило?" - подумал Адриан. Кому опять до меня нужда? Уж не вор ли ко мне забрался? Не ходят ли любовники к моим дурам? Чего доброго!" И гробовщик думал уже клик-нуть на помощь приятеля своего Юрку. В эту минуту кто-то еще приблизился к калитке и собирался войти, но увидя бегу-щего хозяина, остановился и снял треугольную шляпу". Незна-комец здоровается, и они с Адрианом проходят в дом. Войдя, Адриан видит, что комната полна мертвецами, а его провожа-тый - тот самый бригадир, которого хоронили во время про-ливного дождя. "Гости" чествуют хозяина, извиняются за то, что пришли не все, так как многие уже развалились, кое у кого ос-тались одни кости без кожи. "Но и тут один не утерпел - так хотелось ему побывать у тебя..." - добавляют они. К Адриану подходит скелет и представляется отставным сержантом гвар-дии Петром Петровичем Курплкиным, тем самым, которому в 1799 году он продал первый свой гроб (сосновый за дубовый). Мертвец простирает объятия, но Адриан кричит, отталкивает его, тот падает и рассыпается. Мертвецы негодуют, приступа-ют к Адриану с бранью и угрозами, и "бедный хозяин, оглушен-ный их криком и почти задавленный, потерял присутствие духа, сам упал на кости отставного сержанта гвардии и лишился чувств". Гробовщик открывает глаза. Вокруг солнце, так как насту-пило утро. Он интересуется у работницы, не приходили ли от покойницы Трюхиной. Работница изумляется: разве Трюхина умерла? На возражения хозяина, что он вчера сам устраивал похороны, работница отвечает, что это, вероятно, хмель у него еще из головы не выветрился после вчерашней пьянки у немца.